Сообщество проституток делится на очень богатых и на очень бедных, точнее - на тех, кто работает с очень богатыми и тех, кто живет в откровенной нищете.

По установившейся традиции, в Москве самые низкооплачиваемые проститутки обитают на площади трех вокзалов. Цены здесь крайне низкие - начиная со стакана вина и кончая максимум 10-30 долларами.

Среди секс-работниц с площади трех вокзалов много необычных проституток. Ну, например, Лариска - минетчица" 1907(!) года рождения... Или Валька - культяпка" - парализованная до пояса мадам (в "зоне" упала с крыши барака), долгие годы сидевшая на площади на одном и том же месте - парапете подземного перехода. Ее знали все, кто, так или иначе, обитал на площади, особенно - таксисты. По вечерам возле Вальки тормозили машины одна за другой. Шофера или сами клиенты брали Валентину на руки, несли в машину, где она за минут десять-пятнадцать делала, по отзывам самих же клиентов, умопомрачительный минет. После завершения "операции" профессионалку отвозили обратно на место и торжественно водружали на парапет.

Работала на площади и 60-летняя глухонемая Вера (кстати говоря, она там работает до сих пор), обслуживающая исключительно таксистов и носильщиков. Тоже, надо сказать, большой специалист по минету. Сколько из-за нее было драк и мордобитии! Однажды два юнца решили посмеяться над ней и начали бросать в нее бутылочные пробки. Вера пожаловалась, юнцов отмочалили так, что домой они смогли уехать лишь через неделю...

Еще одна "бабочка" - Машка работала на площади со всей семьей: она сама и две ее дочери, 6-ти и 9-ти лет. Сейчас дочери этих дочерей так же промышляют на площади и все тем же заработком. Династия уже, можно сказать... В объяснительной в отделении милиции Машка как-то написала: "Я без сексу никак... Такая уж получилась. Вот и приходится работать где придется - противно, но хоть удовольствие какое..." Впрочем, что касается последнего - удовольствия, - Машка является, пожалуй, редким исключением из общего правила.

По словам Сергея Аджиева, начальника отделения милиции, обслуживающего эту площадь, больше ни одна из трех с половиной тысяч проституток не написала, да и не сказала ему в приватной беседе, что она хоть когда-нибудь, с кем-нибудь имела хоть какой-нибудь оргазм. «В подобной ситуации это просто невозможно», - утверждает Аджиев. «Надо быть какой-то уж, я не знаю, супергиперсексуальной мадам, чтобы в доме, прилегающем к вокзалу, в грязном, зассаном подъезде, занимаясь любовью на ступеньках - если это можно, конечно, назвать любовью, - получить, я даже не говорю оргазм, слабое подобие этого. Есть просто грязная, с оттенком блевотины работа - и они, как могут, выполняют ее».

...Еще одна примечательная леди с этой "точки" - бомжиха Марья с шестнадцатилетним "бездомным" стажем. По словам Аджиева, с ней нельзя было просто так даже поздороваться. По ней в открытую ползали скопища вшей. Однако и у нее были постоянные клиенты. И далеко не все из них являлись бомжами. Идя на контакт с нею, они знали, что через день-два будут мучиться чесоткой, но - шли, во всяком случае, "в простое" она никогда не была! В картотеке содержится информация о многих, очень многих женщинах, которые работали на пару. И эту пару составляли им собственные дочери. Обычно на площади клиенты не разбирают, сколько лет проститутке и сколько они могут получить за совокупление с ней. Главное - трех-, пятиминутное удовольствие, после чего запрыгивание в вагон и через сутки - двое - родная семья и родные дети.

У проституток, работавших на площади, весьма любопытные прозвища: "Клоп", "Танька-светофор" (она всегда одевалась только в три цвета - желтый, зеленый и красный), "Гадюка", "Фантомас", "Лиса", "Отрыжка", "Залупа", "Пердунчик"...

Все эти сведения были получены от Сергея Аджиева, сумевшего за последние 20 лет составить самую уникальную в Москве картотеку "ночных бабочек", - с блеклыми крылышками, с подточенными усиками и поломанными ножками. В этой картотеке содержится около трех с половиной тысяч фотографий и объективок на пришедших на площадь торговать своими увядшими прелестями женщин.

 Пренебрегать - значит недостаточно злоупотреблять