Тебя вели нарезом по телу моему (часть 2)
Михаил Поздняев, журнал "ВМ"
Протоирей Михаил Ардов, увы, не смог вспомнить ни одной поповской байки, связанной с
наколками. Зато поведал мне такую мирскую, но дивно уморительную.
Одному юному зэку страх как понравилась в зоне наспинная татуировка в стихах:
Нас триста лет татары гнули
И не могли никак согнуть
А коммунисты так согнули,
Что триста лет не разогнуть
Возгорелся он желанием поиметь в качестве сувенира точно такую же наколку. Долго
копил деньги, уговаривал мастера - золотые руки, уговорил, улегся на нары. Когда опухоль
спала, гордо отправился в баню. И когда обнажился и предстал очам коллег - все померли
со смеху. На спине был изображен колхозный пейзаж с тракторами, как на известном полотне
"Утро нашей родины", только без товарища Сталина по центру. А над этой пасторалью крупно,
как на транспоранте, красовались слова: "Паши, Ваня!".
Если вспомнить, как тесно быт зоны связан с гомосексуальными сюжетами, нетрудно понять,
почему подобное художество вызвало столь бурную реакцию.
Кстати, о Сталине.
Меня, рано услышавшего о культе личности и еще в школьные годы зачитывающегося
Солженицыным, всегда коробили профили вождей, а особенно часто Джугашвили, на телах моих
соотечественников. Но лишь недавно я узнал, что к благородной сыновней любви эти наколки
не имеют ни малейшего отношения. Уголовники изукрашивали себя медальными профилями из
суеверия, считая их "оберегом" от высшей меры наказания. Ну, у кого поднимется рука стрелять
в батьку родного?
Правда, в мире татуировок отношения со смертью зачастую бывают и весьма фривольными. Игорь
Александрович Кривошеин, сын царского министра, участник Сопротивления, впоследствии
вернувшийся на историческую родину, видел в Парижской тюрьме, куда его упекли гестаповцы,
замечательную наколку: пунктир вокруг шеи и надпись "Линия отреза" (напомню, что во Франции
казнят через Гильотину).
Татуировки служат не только цели самоидентификации, но и для создания
имиджа, в расчете на восприятие тебя посторонними, - и чаще всего не таким, каков ты есть.
Наколка намечает линию отреза Судьбе, а дальше уж не ее дело - резать по этой линии или
поворачивать финский ножик резко в сторону. Здесь приходят на ум стихи Олега Григорьева:
Убитую у сквера
Припомнить не берусь я
По наколкам Вера,
А по шрамам - Дуся
Моя знакомая Вера в слове "наколка" подозревает скрытый второй смысл: наколка - это
разновидность обмана, розыгрыша, это первое апреля, длящееся всю жизнь. "Меня накололи" -
значит, ловко провели. В детстве она услышала идиому "Наколка - друг чекиста". Перевести
это можно, по мнению Веры, так: не проведешь - не проживешь. Правда, услышан афоризм был в
пионерском лагере, а пионерский фольклор, как правило, восходящий к лагерному, всегда
теряет свои изначальные этимологические корни.
Мне, в связи с приведенным афоризмом, отчего-то вспоминается традиция сотрудничества
карательных органов с уголовниками в преследовании и унижении "политических". А последние
очень редко делали татуировки, в отличие от ворья. Вера, между прочим, рассказала мне, что
Фрэзер в "Золотой ветви" объясняет пристрастие дикарей к наколкам их верованием в то, что
душа спящего, покидая тело, за минуту до пробуждения находит свое жилище по вот этим
"опознавательным знакам" - в точности как самолет по взлетно-посадочным огонькам находит
аэродром. Прямо видишь миллионы душ, витающих по ночам над землей, усыпанной светлячками в
виде слов, символов, орнаментов.
К орнаменту особенно тяготеет молодая поросль русских татуированных. Честно сказать,
опасаешься за их души: не заблудились бы, отыскивая свою, единственную - неповторимую
домовину! Да и никак не назовешь эти лабиринты и беспорядочные пересеченья линий "зеркалами
души" - и личной, и коллективной, народной, чем всегда были наколки в России.
Почитать о модных тенденциях в области боди-арта, пирсинга и татуировки на сайте Sarafan.ru
Вернуться
|
